Лиза смотрела на серое мартовское небо, укачивая на руках уснувшую дочь. В соседней комнате Никита уже третий месяц сидел за компьютером, панически листая вакансии и с надеждой посылая резюме. Ситуация в семье накалялась: неоплаченные счета за еду, ипотеку и коммунальные услуги все больше давили на молодого отца.
Во время одной из таких тягостных идей Лиза заметила на столе пачку новых купюр и, не удержавшись, спросила Никиту, откуда они. Его ответ пробудил в ней тревогу: "Я продал дачу. "
"Какую дачу?" — в недоумении переспросила жена. Никита заявил, что формально это его дача, так как свекровь сама продала ее ему, чтобы избежать передачи тетке Люде в случае чего.
Лиза возмутилась: "Но мама использует дачу все дачный сезон!" Никита, в свою очередь, пытался объяснить свое решение давлением ситуации — ипотека, ребенок на руках, отсутствие работы.
Тем временем, весна наступала, и свекровь, Галина Анатольевна, с радостью сообщила сыну о планах по высадке рассады. Когда семья приехала навестить ее, она с гордостью показывала саженцы, которые олицетворяли ее надежды и мечты.
Однако тишина за столом, прерываемая лишь механическим согласованием сыном, выдавала его тревожное состояние. Никита надеялся, что мама не заметит, что дача больше не принадлежит ей. Но скоро пришла буря: Галина Анатольевна, не дождавшись, решила поехать на дачу сама и оказалась в компании нового владельца участка.
Когда Никита с Лизой узнали об этом, уже было поздно. На калитке их встретила не Галина, а странный мужчина, представлявший себя покупателем. "Извините, мне сказали, что здесь имущество... " — произнес он, и эти слова оказались последним гвоздем в могилу надежд Никиты.
Галина Анатольевна с ужасом узнала, что ее дача была продана, и в голосе Никиты прозвучала детская обида, когда он защищался от обвинений. В этот момент они осознали, что хрупкие узы семьи были безжалостно разорваны. Родные отношения треснули, и переход к новым реалиям оказался невыносимым.
