Это бесит: мы платим за свою рыбу дважды.
Вы заходите в магазин за привычной замороженной скумбрией. На ценнике — «made in Russia», а в цене — почти вдвое дороже, чем на соседней полке. Почему так?
Одна и та же рыба уходит из наших вод, уезжает на чужую переработку, а потом возвращается под нашей маркой. И вы опять платите лишнее — за логистику, за маржу и за чужую инфраструктуру.
Звучит неправдоподобно? Вы не поверите, что всё так на самом деле. Но что было потом, удивило всех.
Оказалось, дело в простой цепочке: вылов — экспорт — переработка — импорт. Именно она делает родную рыбу дороже и недоступнее для большинства.
Я видел это своими глазами на рынке. Продавец показал коробку с крабом и усмехнулся: «Смотрите, родной», — а внутри — бирка с китайским предприятием. «Это правда?» — спросил я. «Да, но дешевле он будет только на чужом рынке», — ответил он.
Пять реальных шагов, которые меняют картинку
1. Ограничить вывоз скоропортящегося сырья
Когда живой краб уезжает за границу — мы теряем прибыль от переработки. Если запретить массовый вывоз живых моллюсков и крабов, переработчики будут строиться у нас на побережье. Представьте: соседняя фирма покупает краба в порту, а не на палубе — рабочие остаются в регионе, цены на полках падают.
2. Строить переработку у берега, а не в чужой стране
Небольшие заводы по разделке и упаковке — это рабочие места и добавленная стоимость. Если с порта уезжает не живой краб, а уже упакованное мясо, маржа остаётся здесь. Обычный пример: семья, купившая крабовое мясо местного производителя, платит на 20–30% меньше, чем за возвращённый «импорт».
3. Прозрачная маркировка и проверка происхождения
Чёткая этикетка — простой щит от подмен. Покупатель видит, где и кем упаковано. На рынке это работает так: выбираешь рыбу с реальным адресом переработки — и не переплачиваешь за лишние перевозки.
4. Стимулы для местных фермеров и переработчиков
Налоговые льготы и льготные кредиты ускоряют строительство заводов и разведение аквакультуры. В хозяйстве на юге, где дали субсидию на морозильное оборудование, за год ассортимент вырос, и цена для покупателей снизилась.
5. Борьба с непрозрачными схемами и сделками в море
Когда товар перегружают прямо с траулера на чужое судно, часть прибыли уходит в туман. Жёсткая проверка таких операций и штрафы меняют поведение быстро: компании начинают оформлять продукцию официально, а не «в море».
Небольшая логика
Давайте посчитаем осторожно: если стране нужно 28 кг рыбы на человека, а едят 22 кг, то при населении примерно 145 млн человек недостаёт около 6 кг на человека — это почти 870 тысяч тонн годовой нехватки. При общем предложении порядка 5 млн тонн и при экспорте около 60% — внутреннему рынку остаётся примерно 2 млн тонн. Получается дефицит около 1,3 млн тонн по сравнению с прежней оценкой спроса. Эти простые числа объясняют, почему цены кусаются.
Когда значительная часть сырья проходит через чужие заводы, в цену закладывается двойная логистика и чужая надбавка. И вот почему локальная переработка и прозрачность сразу снижают конечную цену для обычной семьи.
Как начать прямо сегодня
- Покупайте продукты с понятной маркировкой и спрашивайте у продавца, где переработали рыбу. Чем больше покупателей будут требовать честную этикетку, тем быстрее появится предложение.
- Поддержите локальные бренды: даже если ассортимент небольшой, ваш выбор даёт сигнал инвестору — строить заводы здесь выгодно.
- Расскажите соседям и в соцсетях: простой пост о том, что вы узнали про цепочки поставок, может разогнать волну и изменить спрос.
Это не моментальная магия. Поменять систему — дело времени и координации. Но небольшие шаги складываются: прозрачность, локальная переработка и ограничение вывоза живого сырья заметно снижают цену и возвращают рабочие места.
Не обещаю чудес. Обещаю реализм: шаг за шагом можно сделать рыбу доступнее, а экономику — крепче. Начните с простого выбора в магазине. Выбор — в вашу пользу и в пользу своей страны, сообщает канал.
